Этот вопрос неожиданно становится центральным в проекте «БСЭ.zip», который с 8 по 23 июля будет представлен в московской галерее А–Б. В его основе — тридцать томов третьего издания Большой советской энциклопедии, некогда считавшейся одним из главных источников систематизированного знания, которые неожиданно становятся материалом для художественного исследования.

Кураторскую концепцию проекта сформировали Ольга Кирсанова и Наташа Горбунова. Проект объединил тридцать одного художника сообщества российских коллажистов «Режь да клей». Каждый получил один том энциклопедии и в течение нескольких месяцев работал исключительно с его содержанием. Использовать можно было только страницы собственного тома, дополняя их красками, штампами и графическими материалами, но не привнося никаких новых изображений извне. В результате родились десятки самостоятельных художественных высказываний, а лучшие работы легли в основу новой книги, которая повторит оформление оригинальной энциклопедии и станет своеобразной «архивацией» тридцати томов в один.

Любопытно, что сама идея проекта появилась вовсе не из заранее сформулированной философской концепции. Как рассказывает автор и куратор проекта, основатель сообщества «Режь да клей» Ольга Кирсанова, всё началось с вполне бытовой ситуации: ей достались тридцать томов Большой советской энциклопедии. Хранить их было негде, выбросить — жалко. Тогда и возникла идея раздать каждый том отдельному художнику, а затем собрать лучшие работы обратно, но уже в совершенно новой форме.

При этом сам проект довольно быстро выходит за пределы разговора о советской энциклопедии, оказываясь исследованием того, как современный художник взаимодействует с уже существующей культурой. Кажется, что в эпоху постмодерна практически невозможно создавать искусство вне исторического контекста. Любой автор неизбежно работает с изображениями, текстами, символами и культурной памятью предыдущих поколений. Так где же проходит граница между цитированием и собственным художественным языком?

Ответ Ольги Кирсановой оказывается неожиданным: «На мой взгляд, это ложная дихотомия. Переосмысление отлично может быть собственным высказыванием. А вообще, я считаю, что не каждая работа художника должна быть высказыванием. Меня больше волнует вопрос: «Если художник дурачок, что делать зрителю с его высказываниями?». Эта мысль становится одним из ключей к пониманию всей выставки. Художники не иллюстрируют энциклопедию и не реставрируют её содержание — они вступают с ней в диалог, а иногда и в спор.

Тогда особенно интересно увидеть, насколько по-разному каждый участник прожил одинаковые условия проекта.

Для Анны Коптевой работа начиналась без заранее придуманной идеи, однако постепенно материал сам стал направлять процесс. Она говорит, что энциклопедия превратилась в своеобразного соавтора, а старые смыслы начали распадаться, образуя новые визуальные связи.

Наталья Осминко увидела в книге одновременно ограничение и источник вдохновения. Одни работы рождались из самих изображений энциклопедии, другие — из фактуры бумаги, проступающих сквозь краску букв и цветовых отношений.

Для Насти Евдокимовой главным стало вовсе не содержание книги, а добровольно принятое ограничение. По её словам, отказ от бесконечного поиска новых материалов неожиданно оказался творческой свободой: всё необходимое уже находилось внутри одного тома.

Карина Клапотовская признаётся, что именно работа с уже существующей книгой заставила отказаться от полного контроля над процессом. Художнице было важно не реализовать заранее сформулированную идею, а обнаружить её в процессе работы, принимая случайные совпадения и неожиданные связи. Для неё ограничение оказалось условием рождения нового художественного мышления.

Елена Стюфляева признаётся, что в процессе отталкивалась прежде всего от самих статей. По её словам, работа с энциклопедией неожиданно приобрела просветительский оттенок: «Вообще, подозреваю Олю (сокуратора проекта — Прим. ред.) в подпольном просветительском умысле. Даже нехотя что-то новое в процессе работы узнаешь».

Варвара Игнатова выстроила свою практику вокруг визуального слоя энциклопедии. В отличие от тех, кто обращался к текстам как к смысловой опоре, она сознательно отталкивалась именно от иллюстраций, позволяя им задавать направление и формировать образы. Попытки обратиться к тексту, по её словам, лишь усиливали внутренний ступор, поэтому важной частью процесса стали паузы — моменты отстранения, после которых возвращалось ощущение ясности и появлялось новое вдохновение. Такой подход превращает работу не в линейное исследование материала, а в ритмичный процесс, где важны не только действия, но и остановки.

Мария Захватова пережила работу с энциклопедией как внутренний конфликт, постепенно трансформировавшийся в принятие. Сначала том стал для неё источником раздражения и ощущения беспомощности: масштаб материала парализовал, а сама возможность художественного высказывания казалась сомнительной. Однако этот кризис оказался важной частью процесса — через отрицание и сопротивление художница пришла к дисциплине и включённости в работу. При этом главным источником вдохновения для неё стала не столько сама книга, сколько поддержка и обмен опытом внутри рабочей группы.

Зоя Гутник выстроила свою работу вокруг принципиального отказа от вмешательства в исходный материал. Для неё энциклопедия стала не просто источником вдохновения, а единственным допустимым художественным ресурсом. Художница сознательно не дополняла изображения краской и не стремилась трансформировать их до неузнаваемости, напротив — её задачей было сохранить их первоначальный вид и, соединяя между собой, создавать новые визуальные конструкции. Такой подход превращает коллаж в акт внимательного чтения и переосмысления уже существующих образов, где смысл рождается не из изменения, а из сопоставления.

Эти ответы удивительным образом показывают, что, несмотря на единые правила, каждый участник создал собственную стратегию взаимодействия с материалом. Для одних энциклопедия стала источником образов, для других — системой ограничений, для третьих — полноценным собеседником.

Для галереи А–Б этот проект также выходит далеко за рамки эксперимента с коллажем. По словам директора галереи Марии Мичи, «БСЭ.zip» — это исследование того, как человек пытается существовать в условиях бесконечного информационного шума. Метафора архивации становится способом осмыслить современность, а сам художественный метод вступает в диалог с традицией отечественного искусства, продолжая линию, связанную с практиками Ильи Кабакова. Галерея рассматривает выставку как приглашение к разговору о том, что из советского наследия мы готовы взять с собой в будущее, а что предпочитаем оставить в прошлом.

Пожалуй, именно здесь проект перестаёт быть историей о Большой советской энциклопедии. Когда-то сама энциклопедия уже была попыткой сжать огромный объём человеческих знаний до тридцати томов. Художники сделали следующий шаг, превратив их в серию коллажей, чтобы затем вновь собрать в одну книгу. Получается своеобразная цепочка непрерывного архивирования, в которой каждая новая версия не уменьшает объём информации, но создаёт совершенно новую картину мира.

Если вы предпочтёте смотреть на «БСЭ.zip» как на выставку о прошлом —  ваше право, нам больше по душе размышления о настоящем. О том, как мы обращаемся с памятью, как переосмысляем культурное наследие и почему иногда новое знание рождается не вопреки ограничениям, а именно благодаря им.

Выставка «БСЭ.zip» пройдёт с 8 по 23 июля в галерее А–Б (Москва, ул. Павла Андреева, 4). В экспозиции будут представлены лучшие работы участников проекта, а итогом станет издание книги, продолжающей историю одной из самых известных энциклопедий XX века уже языком современного искусства.