сцена

Мила Гаврилова и праздник без зрителей

10 ноября 2026
Текст: Савва Норин
Лошади на карусели, пустые кабины аттракциона, серпантин над парковым фонтаном. На выставке «Следы отсутствия», которая откроется в московской галерее «Тихо», Мила Гаврилова рассматривает вещи, созданные для удовольствия, но когда рядом с ними больше некому радоваться.
Карусель в «Калиоппе» светится так, словно кого-то ждёт. Жёлтая ограда охватывает её со всех сторон, за ней теснятся тёмные стволы, уходящие за верхний край картины. Ни человека, ни дорожки, которая привела бы к аттракциону, не видно. Огоньки продолжают обещать праздник, правда обещание повисает среди деревьев. Цвет и композиция в этой работе 2026 года задают разные движения взгляда. Жёлтый зовёт приблизиться, ограждение удерживает на расстоянии. Красные и зелёные лошади внутри напоминают о движении, тогда как частокол леса за ними делает пространство тесным и неподвижным. Чем усерднее карусель сияет, тем заметнее её одиночество.

«Калиоппа» входит в круг работ, которые объединит выставка «Следы отсутствия» — совместный проект галерей «Шапито» и «Тихо», подготовленный куратором Татьяной Якушевой. В нём встретятся две серии Милы Гавриловой — «После праздника» и «Объекты для радости», которые связывает ситуация оконченного человеческого удовольствия и присутствия материального окружения.
Мила Гаврилова. Калиоппа. 2026. Изображение из пресс-материалов выставки.
Аттракцион на расстоянии

В «Солнышке» (2026) жёлтая конструкция с кабинами поднимается над чёрными деревцами. Сами кабины похожи на крошечные домики с тёмными окнами, их размер относительно деревьев придаёт сооружению неправдоподобную величину так, что перед нами почти архитектура, занявшая место в пейзаже. Позади тянутся сизые полосы неба, а у подножия пестрит ограда, красно-жёлтая, с синими и тёмными промежутками. У аттракциона сохранились все средства привлечения внимания. Название обещает тепло, цвет поддерживает это обещание, лучи с кабинами складываются в простую, легко узнаваемую фигуру. Однако пустые окна ничего не сообщают о тех, для кого конструкция предназначена. Взгляд задерживается на устройстве, которое обычно рассматривали бы из очереди или из соседней кабины. Здесь оно целиком отдано наблюдению снаружи.

Обе картины оставляют зрителю странную позицию. Он видит предметы развлечения, но изображение не предлагает ему воображаемого места участника. Перед каруселью стоит забор, в «Солнышке» мешают дистанция и несоразмерность. Привлекательность сохраняется одновременно с недоступностью. Благодаря этому тревога возникает уже в самом способе смотреть, ещё до любых объяснений её символического значения.

Судить по этим пейзажам о заброшенности реальных аттракционов было бы поспешно. Важнее заметить, как живопись отвлекает их от привычной обстановки. В обычном парке внимание распределялось бы между посетителями и другими развлечениями. Здесь же сооружение занимает почти всё поле зрения и при этом словно обходится без нашего зрительского участия. Возникает странная мысль о поиске радости, которая может продолжать стоять на своём месте независимо от того, нужна ли она кому-нибудь.
Мила Гаврилова. Солнышко. 2026. Изображение из пресс-материалов выставки.
Серпантин поверх пейзажа

В серии «После праздника» отчуждение устроено иначе. Основой остаётся узнаваемый парк: деревья, дорожки, газоны, фонтан. В «Нескучном саду» осенние кроны и опавшие листья образуют плотный золотисто-зелёный узор. Над ним проходят белые извилистые полосы, между которыми рассыпаны кружки конфетти. По сравнению с подробно написанным окружением они выглядят почти аппликацией. Глубина парка подчиняется перспективе, а белый рисунок ведёт себя свободнее, перекрывая стволы и фонтан, пересекая дорожки, практически нависая перед взглядом. Рассматривать пейзаж приходится сквозь этот дополнительный слой. Праздничное украшение становится зрительной помехой, не даёт безоговорочно принять изображение за спокойную прогулку по осеннему саду.

Мне кажется, здесь важно почувствовать разницу между жёлтыми листьями и белыми обрывками. Листья распределены по газонам и дорожкам, а вот полосы серпантина кажутся чужими этому порядку. Они добавляют картине живости, даже некоторого озорства, но одновременно захватывают её поверхность. Белый цвет выделяет их настолько резко, что взгляд снова и снова возвращается к тому, что после праздника обычно перестают замечать.

В опубликованном на Mediiia пояснении Гаврилова описывает «После праздника» как серию из двенадцати полотен о парках и связывает её с загрязнением природных пространств остатками праздничного декора. У конфетти и серпантина есть жизнь после короткого полёта над празднующими: они остаются там, где люди уже переключились на другие занятия. Художница предлагает задержать внимание на этом остатке и её пояснение помогает точнее прочесть живопись. Мы видим последствия события, которое в картину не попало. Никто не запускает хлопушку, не позирует перед фонтаном и не собирает рассыпавшиеся украшения. Праздник существует через оставленный ими рисунок. Для парка вс продолжается дольше, чем для его участников.
Мила Гаврилова. 10/12 Нескучный сад. Из серии После праздника. 2025. Холст, масло. 50 × 50 см. Изображение из пресс-материалов выставки.
Разное время людей и вещей

У двух серий возникает общая временная конструкция. В «После праздника» скоротечное удовольствие оставляет после себя предметы. В «Объектах для радости» сами устройства удовольствия оказываются отделены от пользующихся ими людей.

На своём сайте Гаврилова обозначает отношения человека с городской средой и его воздействие на неё как постоянную тему своей практики. Поэтому безлюдность этих картин не делает изображённый мир свободным от человека. Его желания определили форму аттракционов, расцветку ограды и назначение серпантина.

Кураторский текст расширяет эту тему, предлагая увидеть вещи за пределами их полезности для людей. Такое прочтение позволяет дольше всматриваться в карусель как в самостоятельное сочетание форм и цветов. Вместе с тем экологическое пояснение художницы сохраняет вопрос об ответственности.

Это различие существенно для выставки. Рассказ о самостоятельной жизни вещей способен сделать странность самодостаточной, превратить её в привлекательную атмосферу. Экологический контекст возвращает странности конкретный повод. В одной серии нас отстраняют от объекта, в другой заставляют заметить то, что осталось после нас. Эти движения дополняют друг друга, хотя полного совпадения между ними нет.

У выбранного художницей языка есть и предел. Пустой аттракцион, тёмный лес, резкое свечение легко складываются в узнаваемый образ тревоги. В «Солнышке» эффект гигантской игрушки возникает быстро, и столь же быстро можно решить, что смысл картины уже понятен. Напротив, работа с серпантином дольше сопротивляется такому прочтению: белые полосы приходится соотносить с глубиной парка, а их декоративную лёгкость — с тем, что они заслоняют. Возможно, поэтому особенно интересен момент, когда две серии позволяют пересмотреть друг друга. После парковых пейзажей яркая карусель выглядит частью человеческого обустройства мира, которое переживает отдельный праздник. После аттракционов белый серпантин обнаруживает собственную навязчивую нарядность. Безлюдность пейзажей позволяет наконец рассмотреть, сколько места занимают в них человеческие желания.


Выставка «Следы отсутствия». Мила Гаврилова. Куратор Татьяна Якушева. Совместный проект галерей «Шапито» и «Тихо». 17–22 ноября 2026 года, галерея «Тихо», Москва, Малый Харитоньевский переулок, 6, строение 2. Вход свободный, ежедневно с 13:00 до 21:00.
Вышел новый номер журнала Art MUSE
Новый номер Art MUSE посвящён теме эстетической инфляции — состоянию, в котором образов становится всё больше, а способности по-настоящему видеть, чувствовать и различать — всё меньше.

Возможно вам будет интересно

Смотреть ещё

Подписывайтесь на социальные сети Art MUSE

ИП ПИВКИН П.В.
ОГРН 314910224100171
ИНН 910200088966
295000, г. СИМФЕРОПОЛЬ, ул. Екатериненская, 5, оф.54
+79787084056
artmusemagazine@yandex.ru
Условия и порядок возврата товара
Пользовательское соглашение
Политика конфиденциальности